М. И. Перельман – такой нужный всем человек

Михаил Израйлевич Перельман для нас, его современников, – удивительный человек…

Он выдающийся хирург, знаменитый врач, талантливый ученый, стратег, организатор, опытный педагог, мудрый наставник, яркий общественный деятель, философ.

Такой масштаб и многогранность личности были обусловлены врождёнными качествами – крепким здоровьем, незаурядным талантом, а также трудолюбием и исключительной работоспособностью.

Истоки: семья, школа…

М. И. Перельман с родителями и сестрой

Родители – Израиль Мойсеевич и Гита Владимировна, как вспоминал Михаил Израйлевич, жили просто и скромно. Излишеств и каких-либо изысков не было. Обычная жизнь большинства советских людей того времени. Воспитывали детей в основном личным примером, тепличных условий не создавали. Праздность решительно осуждали. В семье каждый занимался делом.

Отец Михаила Израйлевича – известный хирург, опытный клиницист, заведовал кафедрой хирургии. Он много оперировал, преподавал, внимательно следил за научной литературой по хирургии. Хорошо знал немецкий и французский языки, поскольку начинал учиться медицине в Швейцарии. В советское время, несмотря на объективные трудности, он регулярно выписывал французские и немецкие хирургические журналы. Эти красивые, хорошо иллюстрированные журналы стали ярким впечатлением детства, о котором Михаил Израйлевич потом рассказывал студентам-кружковцам.

Михаил Израйлевич и его младшая сестра – Галина Израйлевна, не уступавшая брату в трудолюбии и целеустремленности, отлично учились в школе.

Михаил Израйлевич нередко вспоминал свои школьные годы, в основном, конечно, при разговоре с друзьями или с молодежью, на заседаниях студенческого научного кружка… Всегда подчеркивал, что учили в школе – очень хорошо!

Любил рассказывать интересные истории, отражающие специфику того времени. Например, как в начальных классах возник спор с большой или маленькой буквы писать слово конь, если речь идёт о коне командарма Клима Ворошилова, принимающего парад на Красной площади. По-доброму улыбался, вспоминая осторожный ответ учительницы: «Если конь Ворошилова, то, пожалуй, лучше – с большой…»

Но когда в любой компании провозглашали традиционный тост за учителей, он всегда вспоминал не только профессоров и коллег, у которых учился медицинским наукам и врачебной практике. Говорил огромное спасибо тем, кто научил читать, писать и считать, преподавал основные школьные предметы, воспитывал и дал путёвку во взрослую жизнь.

Учитель начальных классов Л. Н. Емельянова

Позднее, в 1981 г., Михаил Израйлевич встречался с учителями и одноклассниками на 40-летии школы. В 2006 г., к его великому сожалению, школьных учителей уже не было, удалось связаться и увидеться только с одним из одноклассников…

Решение быть врачом

Как большинство мальчишек конца 30-х годов XX в., Михаил Израйлевич хотел быть лётчиком, но подвела близорукость. Однако любовь к самолётам оставалась всю жизнь – позднее он с удовольствием работал бортхирургом областной станции санитарной авиации в Ярославле и всегда предпочитал воздушный транспорт для поездок по стране и за рубеж.

Планам стать авиаконструктором тоже не суждено было сбыться. На выбор будущей профессии повлияли трагические события – началась Великая Отечественная война… Отец Михаила Израйлевича с первых дней войны был направлен для работы в военный госпиталь.

А выпускник средней школы Михаил Перельман в связи с эвакуацией из Витебска оказался в г. Орджоникидзе (теперь Владикавказе). Здесь он решил стать врачом и поступать в медицинский институт. Желающим учиться предоставляли возможность экстерном сдать часть экзаменов за 1-й курс. Как и другие абитуриенты, успешно справившиеся с этой задачей, вчерашний школьник, проявив отличные знания по истории Коммунистической партии, физике и немецкому языку, был сразу зачислен на 2-й курс Северо-Осетинского мединститута.

Студенческий билет №608

Ректора института Тимофея Титовича Глухенького и своих первых преподавателей в медицинском вузе Михаил Израйлевич помнил всю жизнь и всегда говорил о них с большим уважением.

В 1942 г. учёбу пришлось продолжить в Новосибирском медицинском институте – в связи с наступлением фашистских войск на Северный Кавказ жителей из г. Орджоникидзе эвакуировали. Вместе с матерью и младшей сестрой Михаил Перельман через Махачкалу и Ташкент перебрался в Новосибирск.

Студенческий билет №70631

Завершал учёбу в институте студент Перельман уже в Ярославле. Там в конце войны на основе разбросанного по всей стране профессорско-преподавательского состава Минского и Витебского медицинского институтов создавался Белорусский медицинский институт. Отца Михаила Израйлевича пригласили заведовать кафедрой хирургии. Вся семья стала жить в Ярославле – городе, со временем ставшем для Михаила Израйлевича почти родным….

Студенческий билет №704

Проходя обучение на кафедре госпитальной хирургии и совмещая учебу с работой ординатором в госпитальной клинике и эвакогоспитале, Михаил Израйлевич начал учиться у своего отца-хирурга. Он не только осваивал некоторые важные хирургические приёмы. Отец научил его поведению в лечебном учреждении, стилю разговора с больными и их родственниками.

Позднее, уже будучи академиком, Михаил Израйлевич не раз подчёркивал, что «эти навыки – особое искусство!». Он был убеждён, что многие беды в нашей медицине происходят именно от неумения врачей правильно вести себя и разговаривать с больными, их родственниками, коллегами, а также с представителями средств массовой информации…

У Михаила Израйлевича такой проблемы никогда не было. Этим пользовались его коллеги, нередко обращаясь к нему за помощью, когда попадали в трудное положение из-за отсутствия необходимого умения в профессиональном общении. Михаил Израйлевич помогал всегда, и его вмешательство действительно исправляло любую сложную ситуацию…

В одном из интервью Михаила Израйлевича попросили высказаться о преемственности у медиков. Его комментарии были следующими: «В советское время семейные династии особенно ценили у шахтеров, сталеваров и в других подобных отраслях народного хозяйства. Это было почётно. А вот быть потомственным врачом считалось не так хорошо. Чаще этому давали отрицательную оценку и называли семейственностью…».

После окончания медицинского института Михаил Израйлевич некоторое время работал ассистентом на кафедре госпитальной хирургии, которой руководил его отец, и вспоминал, что иногда имел неприятности от такой близости. В целом считал, что близкие родственники не должны по работе зависеть друг от друга, поскольку это обычно приводит к формированию некой своеобразной микрокоррупции. Два сына Михаила Израйлевича – выпускники Первого мединститута – вместе с ним не работали.

В то же время Михаил Израйлевич отмечал, что в семьях врачей у детей независимо от их желания часто формируется глубокое уважение к труду врача и медицине. Если к нему на собеседование приходил врач, у которого родители были медиками, всегда рассматривал это как положительную характеристику.

Приоритет хирургии

Интерес к хирургии появился у студента Перельмана с первых дней непосредственного знакомства с этой медицинской специальностью в Новосибирском медицинском институте. Он стал посещать заседания научного студенческого кружка при кафедре общей хирургии. Увлечённого хирургией студента заметил профессор Савелий Миронович Рубашов, ставший его наставником. Будущий хирург сопровождал профессора на консультации в госпиталях, ассистировал ему на операциях и затем стал работать помощником дежурного хирурга в больнице скорой помощи, которая принимала больных со всего города, разросшегося в связи с эвакуацией населения из европейской части страны. Высокая оценка, данная опытным профессором начинающему хирургу, теперь в проекции времени, кажется пророческой….

Характеристика

Интерес к занятиям в формате студенческого научного кружка сохранился на всю жизнь, Михаил Израйлевич всегда отмечал их исключительную важность для профессиональной подготовки и научной работы.

Тогда в Новосибирске дежурства в больнице были для студента 3-го курса Михаила Перельмана самым важным и исключительно интересным делом. Много лет спустя он не раз вспоминал, как ежедневно после занятий в институте бежал на очередное дежурство и, как это не странно, совершенно не чувствовал усталости. Хотелось одного – работать, помогать больным, оперировать…

В то время в больнице скорой помощи было очень мало врачей, особенно оперирующих хирургов, поэтому главный врач больницы и заведующий кафедрой хирургии одобрительно относились к активному и добросовестно работающему студенту. Осенью 1942 г. под контролем профессора Вицина, он сделал первую большую операцию – ушивание прободной язвы желудка, выполнял и другие оперативные вмешательства, в основном по поводу травм и острых заболеваний органов брюшной полости. Вскоре был оформлен на работу врачом-травматологом станции скорой помощи.

Полученные навыки очень пригодились, когда летом 1943 г., успешно сдав экзамены весенней сессии за 3-й курс, во время производственной практики в г. Белово студент 4-го курса Перельман стал работать как врач-хирург самостоятельно. За полтора месяца совместно со штатным врачом-стоматологом и операционной сестрой больницы он выполнил 30 различных операций, в том числе резекцию желудка по поводу рака.

Через много лет Михаил Израйлевич отмечал, что у студентов медицинского вуза в те годы умений было гораздо больше, чем знаний. В настоящее время у абсолютного большинства студентов – наоборот.

Учить, лечить, изучать

Глубокое осмысление предмета возникает быстрее, если его изучение сочетать с преподаванием. В 1945 г. выпускнику медицинского института Михаилу Перельману, уже не мыслящему себя без хирургии, это представлялось совершенно очевидным. Чтобы стать настоящим хирургом, прежде всего нужно отлично знать анатомию. Просто хороших знаний в рамках студенческой программы для этого недостаточно. Поэтому после окончания института он углубился в изучение анатомии. Продолжил работу на кафедре нормальной анатомии, на которой начал преподавать, когда был студентом 4-го курса (в то время из-за недостатка преподавателей это было возможно).

М. И. Перельман на кафедре нормальной анатомии Ярославского мединститута, 1946 г.

Затем последовал перевод на кафедру топографической анатомии и оперативной хирургии к профессору А. В. Тихоновичу.

Особое внимание Михаил Израйлевич уделял студентам, мечтавшим стать хирургами. Основы хирургической техники разъяснял на занятиях в городском морге. Частые дежурства в городской и областной больницах Ярославля использовал для знакомства студентов с работой в операционной.

Творческая атмосфера и интенсивный труд способствовали быстрому написанию кандидатской диссертации «Клинические и анатомические материалы к операции Лериша на бедренной артерии». В ней был предложен новый оперативный доступ к бедренной артерии через влагалище портняжной мышцы.

Защита диссертационной работы в I Московском медицинском институте прошла успешно. Подтверждение ученой степени кандидата медицинских наук из ВАКа пришло на удивление быстро. Будущему академику было тогда 23 года.

Производственная практика в Кологриве

Летом 1947 г. М. Перельман руководил производственной практикой студентов в больнице г. Кологриве Костромской области.

В больнице не было водопровода, отсутствовала электроэнергия… Несмотря на все эти трудности, в течение 2 месяцев руководитель производственной практики совместно с 3 студентами и операционной сестрой выполнили 154 операции, в том числе 67 лапаротомий. Нагноений операционных ран и пневмоний после операций не было.

Коллектив хирургического отделения

О своей работе в Кологриве Михаил Израйлевич любил рассказывать студентам и молодым врачам, бережно, как дорогой сувенир, хранил полученную в Кологриве почетную грамоту.

Не раз замечал, что в тех непростых условиях он понял истину, без которой невозможен труд врача-хирурга: работа хирурга – всегда работа коллектива единомышленников, где каждый должен быть абсолютно надёжным и пользоваться полным доверием операционной бригады. Противопоказанием для занятия хирургией Михаил Израйлевич считал такие черты характера, как обидчивость и жадность.

Много лет спустя, в 2005 г., Михаил Израйлевич побывал в Кологриве. Водопровод и электроснабжение в больнице появились, других изменений заметно не было…

Операции на сердце

Первые мысли о выполнении операций на сердце появились у Михаила Израйлевича в процессе работы над кандидатской диссертацией. Попав в Центральную медицинскую библиотеку и получив доступ к иностранным журналам, он обнаружил для себя много интересного. Особенно заинтересовала статья Роберта Гросса из Бостона по оперативному лечению врождённого порока сердца – открытого боталлова протока. После её изучения появилось осознание важности проблемы, техническая сторона дела также была ясна. Операция представлялась осуществимой в условиях Ярославля.

Смелая инициатива была одобрена отцом Михаила Израйлевича и коллегами в Ярославле, а затем и профессором В. В. Ковановым в Москве. Началась подготовительная работа. Конечно, её активными участниками были студенты научного кружка – они проводили обследование ярославских школьников. Выискивали систолический шум и «кошачье мурлыканье» над лёгочной артерией.

Вскоре в Ярославской городской больнице им. Г. М. Соловьёва Михаил Израйлевич успешно сделал двойную перевязку открытого боталлова протока у 8-летней девочки. Затем, с хорошими результатами, были оперированы ещё 4 пациента.

Эти операции стали первыми успешными хирургическими вмешательствами по поводу врождённого порока сердца в нашей стране.

Первую пациентку Михаил Израйлевич представил на научной сессии Института хирургии им. А. В. Вишневского по ходу доклада о хирургической анатомии боталлова протока. Выступление малоизвестного ярославского хирурга произвело впечатление на присутствующих, вызвало явный интерес и многочисленные вопросы.

Воодушевлённый успехом Михаил Израйлевич довольно быстро собрал материал, который лёг в основу докторской диссертации по хирургическому лечению врождённых пороков сердца. К сожалению, обстоятельства сложились так, что защитить эту хорошо оформленную и иллюстрированную диссертационную работу он не смог – переданная на рецензию ведущим специалистам в Москву диссертация так и не была возвращена автору…

В 2003 г., спустя 54 года, выполненные Михаилом Израйлевичем уникальные для того времени операции были оценены по достоинству. «За основополагающие работы в области торакальной хирургии, включая первые в нашей стране операции на сердце» М. И. Перельману была присуждена самая дорогая, как он говорил, награда – Премия им. академика А. Н. Бакулева.

Естественно, невозможность дальнейшего продвижения работы по оперативному лечению врождённых пороков сердца как диссертационной, была тяжёлым испытанием. Но Михаил Израйлевич уже тогда руководствовался принципом, которому оставался верен всю жизнь. Принцип этот очень точно сформулирован в одной строчке стихотворения известного поэта К. Симонова: «Человек выживает, если он умеет трудиться…».

Трудиться Михаил Израйлевич всегда хорошо умел и любил!

Интенсивную работу ассистентом кафедры госпитальной хирургии сочетал с многочисленными дежурствами и большим числом экстренных и плановых операций в областной больнице, частыми вылетами в районы Ярославской области по санитарной авиации. Для оказания эффективной помощи больным с черепно-мозговой травмой требовались знания по нейрохирургии, и Михаил Израйлевич прошёл специализацию в Ленинградском нейрохирургическом институте им. А. Л. Поленова. По совместительству стал заведовать небольшим межобластным нейрохирургическим отделением, был межобластным нейрохирургом.

В научном плане, с прицелом на докторскую диссертацию, появилась новая тема, актуальная и интересная в хирургическом, клиническом и физиологическом плане – ваготомия при язвенной болезни. Консультантом анатомической части этой работы был профессор В. В. Кованов.

Когда исследования были завершены и Михаил Израйлевич приступил к оформлению диссертационной работы, грянул «идеологический» буран. В свете борьбы с «морганизмом и вейсманизмом» все операции по пересечению нервов, в том числе ваготомия, были признаны недопустимыми, подверглись жёсткой критике и были прекращены. О защите диссертации на подобную тему не могло быть и речи. Отца Михаила Израйлевича перевели с кафедры госпитальной хирургии на кафедру общей хирургии. А новый шеф – Алексей Андреевич Бусалов – предложил новую, третью для Михаила Израйлевича диссертационную тему «Диагностика и лечение рака головки поджелудочной железы и фатерова соска».

Был подготовлен обзор литературы, с участием студентов была проведена экспериментальная часть исследования, в клинике обследовали и наблюдали больных с желтухой и увеличенным желчным пузырём. И тут, по словам Михаила Израйлевича, разразилась катастрофа. Профессор Бусалов и его жена были арестованы по подозрению в шпионаже. В шпионскую деятельность Бусалова никто из его знакомых не верил, но все понимали – дальше нормально работать на кафедре будет невозможно.

Рыбинск: Больничный городок

В результате этих бурных событий Михаил Израйлевич попал в г. Рыбинск, тогда г. Щербаков, и с 1951 г. в течение трёх лет работал заместителем главного врача по медицинской части Больничного городка и главным хирургом города.

За это время, по его словам, он сформировался как руководитель. Ему впервые пришлось подписывать серьёзные финансовые документы, принимать стратегические решения, от которых зависела судьба многих людей, регулярно встречаться с руководителями и ответственными лицами разных организаций, вести официальные переговоры.

Группа врачей и сестёр Больничного городка, 1952 г.

Однако большой объём административно-хозяйственных дел не мешал его основной лечебной работе. Он по-прежнему много оперировал – 7 дней в неделю в 7 отделениях хирургического профиля. Любимая специальность – хирургия – была на первом месте.

Много лет спустя, вспоминая работу в Рыбинске в своей книге «Гражданин доктор», Михаил Израйлевич избрал такой эпиграф:

Из всех наук, из всех искусств,

Из всех работ, известных людям,

Где б разум, воля, все пять чувств

Слились в единый прочный узел,

Нет выше, проще и сложнее,

Нет человечней и умнее

Работы нет живей другой,

Чем ХИРУРГИИ, нам родной

Автор – хирург из Горького
(Нижнего Новгорода), 1948

По совместительству Михаил Израйлевич был консультантом больницы МВД, тюремной больницы и межобластного туберкулёзного госпиталя для инвалидов Великой Отечественной войны. Детально изучив книгу Н. Г. Стойко по хирургии туберкулёза и побывав в Москве на нескольких операциях Л. К. Богуша, стал оперировать больных туберкулёзом. Выполнял торакоскопию и каустику, под местной анестезией – открытое пересечение плевральных сращений, экстраплевральный пневмолиз, торакопластику. Успешно сделал лобэктомию, после чего интерес к торакальной хирурги, в частности к хирургии туберкулёза, укрепился окончательно.

Установившиеся прежде связи с Москвой сохранялись. Михаил Израйлевич регулярно приезжал на заседания Московского хирургического общества, заходил на кафедру В. В. Кованова. На фоне непрерывной и интенсивной работы в Рыбинске, как вспоминал Михаил Израйлевич, у него всё чаще возникали мысли о докторской диссертации. Постепенно стало ясно, что для выполнения докторской работы нужно переезжать в Москву. Осуществить это было не просто, но, благодаря поддержке В. В. Кованова, все препятствия были преодолены.

Кафедра В. В. Кованова

В Москве в течение года Михаил Израйлевич работал ассистентом кафедры оперативной хирургии и топографической анатомии I Московского медицинского института. Отношение к новому сотруднику со стороны коллег было весьма благожелательное. В научном плане, естественно, Михаил Израйлевич должен был следовать основным направлениям кафедры, поэтому в качестве темы экспериментального исследования было избрано протезирование аортального клапана.

И всё же освоиться в столице провинциальному хирургу, успевшему поработать на руководящей должности, было нелегко. Спасали любовь к профессии и работа – интенсивная и разнообразная. Параллельно с преподаванием оперативной хирургии и топографической анатомии Михаил Израйлевич снова, как в Ярославле, работал со студенческим научным кружком, дежурил хирургом в институте им. Н. В. Склифосовского и городской больнице № 47, внимательно изучал научную литературу по лёгочной и сердечно-сосудистой хирургии.

М. И. Перельман в экспериментальной операционной кафедры В. В. Кованова, 1953 г.

Однако клиническая работа во время дежурств казалась Михаилу Израйлевичу недостаточной и не приносила должного удовлетворения. Сформировавшаяся за годы клинической практики потребность быть полезным людям, нуждающимся в помощи хирурга, не могла быть реализована в полной мере. Полноценный контакт с клиникой отсутствовал, успевшей стать привычной атмосферы драгоценного врачебного авторитета (именно так называл его Михаил Израйлевич) не было.

И снова работа выручает…

Помог случай. В 1955 г. Михаил Израйлевич неожиданно получил приглашение перейти на работу в Центральный институт усовершенствования врачей (ЦИУВ). Предложение исходило от профессора Ф. И. Левитина и профессора В. А. Равича-Щербо. К ним на консультацию попал пациент из Рыбинска, которому Михаил Израйлевич сделал редкую в то время лобэктомию по поводу туберкулёза.

Убедившись в хорошем исходе оперативного вмешательства, консультанты решили разыскать хирурга, который, по словам больного, недавно переехал из Рыбинска в Москву. На кафедре туберкулёза имелась вакантная ставка – её нужно было заполнить.

Естественно, предложение, которое обеспечивало возможность в условиях клиники широко заниматься лёгочной хирургией, было воспринято Михаилом Израйлевичем с большим энтузиазмом.

Основной клинической базой была больница «Захарьино». Рабочий день в больнице был предельно заполнен обходом и клиническим разбором больных, работой в операционной, рентгеновских кабинетах, участием в конференциях… Главным и остро ощущаемым препятствием в хирургической работе было отсутствие в больнице «Захарьино» анестезиологической службы. Операции проводили под хорошо освоенной местной анестезией.

По инициативе Михаила Израйлевича в больницу были приглашены компетентные анестезиологи, налажен эндобронхиальный наркоз, и ситуация изменилась к лучшему. Операции стали проводить под потенциированной анестезией и общей гипотермией. Для лечения острой послеоперационной дыхательной недостаточности в практику ввели метод, ставший теперь стандартным – наложение трахеостомы с длительной искусственной вентиляцией лёгких.

Расширение возможностей для резекционной хирургии лёгких способствовало накоплению клинического материала для запланированной докторской диссертации «Резекция лёгких при туберкулёзе».

Высокая хирургическая активность в больнице «Захарьино» повышала эффективность обучения и качество знаний курсантов-фтизиохирургов.

Работал Михаил Израйлевич как всегда много и с удовольствием, его авторитет как хирурга и педагога всё более укреплялся.

М. И. Перельман в операционной больницы «Захарьино» с курсантами, 1957 г.

После внезапной кончины профессора В. А. Равича-Щербо его кафедру объединили с кафедрой туберкулёза ЦИУВ, которой заведовал известный фтизиатр А. Е. Рабухин. Михаил Израйлевич стал доцентом новой кафедры и под руководством А. Е. Рабухина освоил все разделы фтизиатрии.

Потом, много лет спустя, уже в статусе главного фтизиатра РФ, он с благодарностью вспоминал своего строгого учителя по фтизиатрии.

Новосибирск – новые возможности

В 1960 г. в Академии наук СССР была завершена интенсивная работа по организации Сибирского отделения, в котором создавался институт экспериментальной биологии и медицины. Директором был назначен талантливый кардиохирург и анестезиолог Е. Н. Мешалкин, заведовавший в то время кафедрой торакальной хирургии в ЦИУВ. Он хорошо знал Михаила Израйлевича и предложил перейти сначала к нему на кафедру, а затем перебраться в Новосибирск и возглавить в институте отделение малого круга кровообращения. Сомнений в целесообразности перехода на работу к профессору Мешалкину у Михаила Израйлевича не было. Прельщали интересная работа, возможность проведения научных исследований на высоком уровне, престиж академии.

В новом хорошо оборудованном отделении Михаил Израйлевич начал выполнять сложные реконструктивные операции на бронхах, оперативные вмешательства по поводу бронхиальных свищей после пневмонэктомии, разрабатывал новые доступы при операциях на трахее и бронхах, занимался аутотрансплантацией лёгких при бронхиальной астме.

Было установлено самое тесное сотрудничество с кардиохирургами. Михаил Израйлевич отмечал, что, ассистируя Е. Н. Мешалкину на операциях, многому научился у этого признанного виртуоза хирургической техники.

Совместно с другими сотрудниками института Михаил Израйлевич нередко выезжал для проведения курсов обучения по торакальной хирургии. Любимая им педагогическая работа не останавливалась.

Много лет спустя Михаил Израйлевич несколько раз бывал в институте Мешалкина на различных научных форумах. С удовольствием отмечал, что многое в нём неузнаваемо изменилось в лучшую сторону.

Общение с коллегами на Мешалкинских чтениях, 19 июня 2011 г.

Докторская диссертация

Работая в институте экспериментальной хирургии, Михаил Израйлевич завершил работу над докторской диссертацией и подготовил её к защите.

Позднее в разговорах с коллегами и на заседаниях студенческого научного кружка он не раз с юмором замечал, что это была его пятая докторская работа. Первые четыре (боталлов проток, ваготомия, рак поджелудочной железы и замена аортального клапана) довести до защиты по разным причинам не удалось.

Защищал диссертацию Михаил Израйлевич на учёном совете в Томском медицинском институте в 1961 г. Главным оппонентом был известный хирург Н. М. Амосов, приехавший из Киева, несмотря на большие транспортные неудобства, два других оппонента – Д. Д. Яблоков и С. Д. Ходкевич – были из Томска.

Михаил Израйлевич вспоминал, что на заседание учёного совета пришло очень много людей, защита была по-настоящему публичной и длилась около 4 ч. Голосованию предшествовала долгая дискуссия с одним из оппонентов – профессором С. Д. Ходкевичем – относительно показаний к проведению бронхографии у больных лёгочным туберкулёзом. Михаил Израйлевич настаивал на ограниченном применении бронхографии. С. Д. Ходкевич утверждал, что бронхография – безвредная диагностическая процедура, применять её следует широко и достаточно часто. Члены учёного совета сочли аргументы диссертанта более убедительными. Итогом голосования было единогласное «за». Время всё расставило на свои места – сегодня бронхография практически не используется, её с успехом заменяют другие методы исследования, в частности компьютерная томография.

В последующем материалы докторской диссертации легли в основу монографии Михаила Израйлевича Перельмана «Резекция лёгких при туберкулёзе», которая стала настольной книгой фтизиохирургов.

К высотам хирургии

С 1963 г. для Михаила Израйлевича начался новый, по-видимому, самый яркий и плодотворный этап его деятельности в хирургии. В течение 18 лет он заведовал отделением хирургии лёгких и средостения в Институте Петровского.

Деловая и одновременно творческая атмосфера, созданная Б. В. Петровским в институте, возможность общения со многими талантливыми и высококвалифицированными специалистами, создавали оптимальные условия для полноценной работы.

Отделение, которым руководил Михаил Израйлевич, стало коллективом единомышленников, все они были надёжными помощниками своего шефа.

Утренняя конференция в отделении, 1973 г.

Основным научным направлением отделения хирургии лёгких и средостения была восстановительная и реконструктивная хирургия трахеи и бронхов. Под руководством Михаила Израйлевича по проблемам хирургии трахеи и бронхов успешно выполнены и защищены 12 докторских и 22 кандидатские диссертации.

Вторым важным направлением стало разностороннее изучение вопросов диагностики, хирургического и комбинированного лечения опухолей лёгких и средостения. Занимались катетеризацией бронхов, срочным цитологическим исследованием, предоперационным облучением на бетатроне в Институте рентгенорадиологии, расширенными операциями.

Третье направление было связано с применением новых методов и технических средств в хирургии – низкочастотного лазера, криогенной техники, а затем математических методов и микрохирургии.

Другими клиническими работами были лечение эмпием плевральной полости, диагностика и хирургическое лечение пороков развития лёгких и внутригрудной лимфатической системы, повторные операции на лёгких.

Кроме сотрудников отделения, к работе по хирургии трахеи и бронхов были постепенно привлечены руководители и сотрудники других отделений и лабораторий института – лучевой диагностики, бронхологии, анестезиологии, интенсивной терапии и реаниматологии, патоморфологии, экспериментальной хирургии, функциональной диагностики, гипербарической оксигенации, общей хирургии и хирургии пищевода. Возникающие в процессе работы над некоторыми темами технические вопросы решались с авторитетными учеными МВТУ им. Н. Э. Баумана.

В целом, по словам Михаила Израйлевича, любую инициативу, исходящую от своих сотрудников и коллег, он старался поддерживать, если эта инициатива не приносила особо крупного вреда. Считал, что небольшой вред от плохой инициативы менее вреден и опасен, чем её подавление.

В конце 2012 г. во время интервью на вопрос, какие свои научные исследования в области хирургии считает наиболее важными, Михаил Израйлевич ответил: «Прежде всего, это первые в нашей стране, тогда в Советском Союзе, успешные операции на сердце, затем – работы по хирургии трахеи и бронхов».

Третьей названной им темой была аутотрансплантация лёгкого в эксперименте. Это экспериментальное исследование Михаил Израйлевич считал особенно важным для разработки методики трансплантации лёгких у человека.

Учителя…

Когда Михаила Израйлевича спрашивали, у кого он учился, он обычно отвечал, что учился и учится у своих коллег – ведь учиться надо всю жизнь. Среди учителей – высоких профессионалов медицины, выделял нескольких человек. Говорил, что поведению в лечебном учреждении научил его отец, Кованов – помог постичь организационные стороны работы, Рабухин – понимать, что такое туберкулёз, Мешалкин – овладеть секретами хирургической техники, а у Петровского он учился всему сразу…

Михаил Израйлевич не раз говорил, что Б. В. Петровский был великим человеком и его роль для развития медицины и здравоохранения в нашей стране и мире пока не осмыслена в полной мере. Это ещё только предстоит сделать…

Михаил Израйлевич много оперировал с Б. В. Петровским. Отмечал, что во время операции Борис Васильевич удивительно умел сочетать смелость и осторожность, всегда избегал рискованных для больного вариантов. Мастерски останавливал кровотечение из крупных сосудов. Требования к ассистентам у него были высокие, но во время операции он был сдержан в своих комментариях и очень редко повышал голос….

М. И. Перельман в операционной с Б. В. Петровским

По тому, как Михаил Израйлевич об этом рассказывал, было видно, что он, опытный хирург с немалым стажем работы в операционной, был полностью лишен зазнайства и сохранял способность учиться всему хорошему, что видел у других.

Поведение самого Михаила Израйлевича во время операции, по мнению многих оперировавших с ним хирургов и операционных сестер, было практически безукоризненным и являлось предметом для подражания.

Курсанты

Параллельно с лечебной и научной работой в Институте Петровского, а позднее на кафедре фтизиопульмонологии Михаил Израйлевич участвовал в проведении тематических циклов по торакальной хирургии. Проводил показательные операции и практические занятия.

Во время операции обращал особое внимание на тщательную остановку кровотечения, подчёркивал, что большая часть неприятностей происходит от торопливости. Отмечал, что если оперативное вмешательство представляется особенно сложным, нужно использовать простой приём – оперировать в два раза медленнее. К малоопытным курсантам был снисходителен. Более опытным напоминал, что самое трудное во время операции – воздержаться от советов. Любил говорить, что операция бывает успешной, когда учтены важнейшие критерии – по показаниям, по времени, по объёму вмешательства и когда операция выполнена красиво!

Диктуя протокол операции нередко, в шутку замечал, что оперировать, наверно, ещё и полезно для здоровья самого хирурга – «ведь в операционной у настоящего хирурга все болезни проходят!»

Сказанное и сделанное Михаилом Израйлевичем производило на учащихся сильное впечатление, запоминалось надолго, а потом передавалось из уст в уста…

Проблемная комиссия

С момента образования и потом долгие годы Михаил Израйлевич был председателем проблемной комиссии патологии органов дыхания, а затем торакальной хирургии. Кроме ежегодных заседаний, проводились расширенные пленумы проблемной комиссии, которые имели большое значение для быстрого и успешного развития торакальной хирургии в нашей стране.

Весной 1996 г. в Доме учёных Академии наук в рамках проблемной комиссии по торакальной хирургии была проведена Московская международная конференция по торакальной хирургии – первый подобный форум в нашей стране. На конференции были заслушаны и обсуждены 32 доклада из 9 стран по хирургии трахеи, бронхов, лёгких, средостения и пищевода.

В январе 2005 г. в Институте Петровского состоялась третья Международная конференция, приуроченная к 80-летию М. И. Перельмана.

М. И. Перельман – 80 лет

Научная программа включала хирургию трахеи, бронхов, пищевода и хирургическое лечение туберкулёза лёгких. Был проведён круглый стол с интересной дискуссией, в которой приняли участие свыше 70 хирургов и других специалистов.

Первый день конференции проходил в Институте Петровского. После демонстрации фильма, посвящённого творческому пути и профессиональной деятельности М. И. Перельмана, его поздравляли многочисленные коллеги и гости. Общая атмосфера была праздничной, во всём чувствовались большое уважение и любовь к юбиляру. В своей заключительной речи Михаил Израйлевич сердечно благодарил всех присутствующих в зале за поздравления, совместную работу, понимание и дружескую поддержку, желал всем успеха в делах.

С высокой трибуны академический институт, в котором работал, достиг высот хирургии и стал членом-корреспондентом Академии медицинских наук СССР, Михаил Израйлевич назвал родным. Всем стало понятно, почему именно здесь проходит эта торжественная встреча, почему именно здесь в канун своего восьмидесятилетия обращается Михаил Израйлевич к коллегам со словами благодарности. Всё происходившее на этой необычной конференции отражено в снятом о ней фильме.

Элитарная медицина

В системе элитарной медицины Михаил Израйлевич начал трудиться в 1964 г. по рекомендации Б. В. Петровского.

Особенно часто бывал в Центральной клинической больнице (ЦКБ) на Рублевском шоссе – консультировал и оперировал больных, принимал участие в консилиумах. Всегда отмечал их огромную пользу не только для пациентов, но и для участвующих в консилиумах самых разных специалистов. На этих консилиумах, по словам Михаила Израйлевича, учились все – от ординаторов до академиков. М. И. Перельман не раз говорил, что институт консилиумов, введённый в ЦКБ, является лучшей клинической и деонтологической школой.

Важным достижением 4-го Главного управления при МЗ СССР (ныне Медицинского центра УД Президента РФ) Михаил Израйлевич считал созданную чёткую систему контроля за здоровьем на основе профилактики и ранней диагностики заболеваний. Это способствовало увеличению продолжительности жизни пациентов и позволяло диагностировать на ранней стадии многие смертельно опасные болезни. Так, благодаря ранней диагностике, результаты лечения рака лёгкого стали гораздо лучше, в 2-3 раза опередив средние показатели по стране.

«Вот что может дать грамотно проводимая диспансеризация!» – обычно восклицал Михаил Израйлевич, обсуждая эту тему.

Мечтал о том времени, когда такая система диспансеризации распространится на всю Россию. По его словам: «Всеобщая диспансеризация населения – это признак высокой медицинской культуры». Утверждал, что «если один раз в год каждый житель нашей страны будет обследован с головы до ног с помощью высоких технологий, и это обследование займет не более двух-трех часов, то, безусловно, состояние здоровья населения у нас будет меняться к лучшему».

Именно в ЦКБ Михаил Израйлевич особенно часто и много оперировал после ухода из Института Петровского. Вместе с коллегами выполнял самые сложные и ответственные хирургические вмешательства, здесь он сделал свою последнюю операцию… Не раз замечал, что условия для работы хирурга в ЦКБ самые лучшие. Нравилось всё – помещение и оборудование операционной, хирургические инструменты, анестезиологическое сопровождение операции, работа реаниматологии и послеоперационного отделения.

Особенно высоко Михаил Израйлевич ценил своих надёжных помощников – хирургов, анестезиологов, операционных сестёр. Их чёткая работа, высокая ответственность и надёжность позволяли ему в полной мере реализовать свой редкий хирургический дар.

М. И. Перельман в операционной ЦКБ, 1989 г.

Своя кафедра

В декабре 1981 г. Михаил Израйлевич впервые пришёл на кафедру туберкулёза (теперь фтизиопульмонологии) Первого Московского медицинского института и уже никогда с нею не расставался. Кафедра стала важной частью его большой жизни, местом, где он всегда чувствовал себя комфортно. Здесь он любил работать, принимать дорогих гостей и близких друзей. Постепенно стал воспринимать кафедру, как родной дом.

М. И. Перельман в своем кабинете на кафедре, 2003 г.

С приходом Михаила Израйлевича кафедра преобразилась. Быстро были созданы очень хорошая материально-техническая база и отличные условия для работы. А работать надо было много. Заниматься со студентами стали по цикловой системе, при этом нагрузка на лектора увеличилась в 8-12 раз! Общая учебная нагрузка также возросла в связи с увеличением числа студентов и открытием новых факультетов.

Часто, иногда каждую неделю, на кафедре проводились учебно-методические конференции. Обсуждались вопросы, связанные с текущей работой и с решением глобальных задач, стоящих перед коллективом. К этим конференциям готовились все – ведь отмолчаться было невозможно. Михаил Израйлевич интересовался мнением каждого – от ординатора до профессора. Любил при этом вспоминать выражение Петра I: «Дабы дурь каждого видна была!».

Со временем насыщенный трудовой график и, по сути, ненормированный рабочий день для каждого сотрудника кафедры стали привычным делом. Этому способствовало наличие у каждого преподавателя удобного кабинета, оснащённого всем комплексом современной компьютерной техники с последующим подключением к Интернету. У многих сотрудников такого комплекса технических устройств и удобств, способствующих творческой работе, дома просто не было.

Никто не роптал на большую нагрузку, потому что работать было интересно. Сам Михаил Израйлевич работал очень много. Его предельно заполненный делами трудовой день начинался рано утром и заканчивался поздно вечером. На вопрос «когда же вы отдыхаете?» он отвечал с юмором: «Ложусь спать поздно, засыпаю под углом 45 градусов, ещё не коснувшись головой подушки, бессонницей не страдаю, сплю 6-7 ч в в сутки!».

Особое внимание Михаил Израйлевич уделял студенческому научному кружку. Занятия кружка считал исключительно важным и ответственным делом, проводил их сам. На заседания кружка приходили студенты разных курсов, ординаторы, аспиранты и преподаватели кафедры. Иногда приглашали гостей – высоких специалистов из разных областей медицины и смежных специальностей. Хирургия в студенческом кружке была на почётном месте, проводились фундаментальные исследования по регенерации ткани лёгкого, применению антиоксидантов в клинике туберкулёза. Обсуждали научные темы, а также многие проблемы медицины и жизни медиков. Засиживались допоздна – так было интересно!

Вспоминая эти счастливые годы, нельзя не заметить и не удивиться обстоятельству, на которое тогда просто не обращали внимания! Ведь Михаил Израйлевич всегда приезжал на заседания кружка после насыщенного рабочего для – операции, консилиумы, лекции, научные заседания, доклады, административные совещания, общественные мероприятия… Никогда не жаловался на усталость! О своей нагрузке, если его спрашивали, рассказывал весело, шутил и вёл себя так, будто целый день готовился именно к этой встречи со студентами-кружковцами!

Ещё тогда, в далеком теперь 1982 г., как-будто предвидя ошибки многих в лихие 90-е, обращаясь к каждому из нас, Михаил Израйлевич говорил: «Не гоняйся за деньгами, учись и работай, и тогда наступит время, когда деньги будут гоняться за тобой!».

Многие воспитанники нашего кружка теперь известные и авторитетные специалисты – доктора Андрей Воробьев, Марина Калинина, Андрей Королев, Андрей Васюкевич, Ирина Васильева, Элла Бирон, Александр Трусов, Наталья Харлова, Татьяна Староженко…

Позднее Михаил Израйлевич активно поддерживал инициативу проведения студенческих олимпиад по хирургии. Несмотря на большую занятость и множество дел, находил время для того, чтобы участвовать в оценке проводимых испытаний, был председателем и почётным членом жюри, которое определяло лучших участников олимпиад в Москве, Перми и Курске, лично вручал награды победителям.

Для совершенствования преподавания туберкулёза по инициативе Михаила Израйлевича на его кафедре и в других медицинских вузах проводились совещания заведующих кафедрами и курсами, организуемые совместно с учебно-методическим центром Минздрава. Были доклады, дискуссии, показательные лекции, демонстрации учебных фильмов и очень важное, как считал Михаил Израйлевич, неформальное общение преподавателей – ассистентов, доцентов и профессоров.

Умению Михаила Израйлевича читать лекции удивлялись все. Неизбежное в преподавании повторение темы лекции никогда не означало повторения её содержания. Приводимая информация, естественно, всегда соответствовала учебной программе, но выглядела каждый раз по-новому. Это была лекция-импровизация. Было интересно не только студентам, но и присутствующим на лекции преподавателям.

Требования к учебным иллюстрациям у Михаила Израйлевича были высокими. Каждый преподаватель кафедры это хорошо знал и к своим занятиям и лекциям готовился очень ответственно.

Лекции Михаила Израйлевича, как и его доклады, были особенно хорошо иллюстрированы. Слайды он всегда делал сам. Глубокое знание предмета, высокая культура, художественный вкус, помноженные на терпение и знание компьютерной техники, позволяли ему создавать настоящие шедевры. При этом любимым выражением Михаила Израйлевича было «слайд не должен быть перегружен!».

Лечебная и консультационно-диагностическая работа сотрудников кафедры, курация студентами больных проводились в разных отделениях терапевтического корпуса.

Михаил Израйлевич как заведующий кафедрой в течение ряда лет по четвергам консультировал больных в консультационном отделении института с участием студентов и врачей.

Принимал всех больных, которые обращались за медицинской помощью в институт. Никакой особой предварительной работы перед консультацией с больными не проводили. Просто после первичного обследования направляли к М. И. Перельману самых тяжёлых и сложных в диагностическом плане пациентов, оформив необходимую документацию. Позднее, уже в статусе директора клиники фтизиопульмонологии, Михаил Израйлевич проводил еженедельные клинические конференции с разбором больных во всех отделениях института. Польза от этих консультаций для больных и присутствующих студентов и врачей была огромной.

Михаил Израйлевич никогда не начинал клинический разбор, не пригласив в кабинет пациента. Был убежден, что, прежде всего, на пациента нужно посмотреть и с ним побеседовать. При общении всегда был спокоен и приветлив независимо от социального положения и интеллектуального уровня собеседника, внимательно относился к сбору жалоб и анамнеза, умело осматривал, при прочих равных условиях выбирал наиболее безопасные и малотравматичные методы обследования и лечения. Принятое решение умел формулировать просто и понятно, поэтому сказанное неизменно вызывало высокое уважение к мнению врача и надежду на излечение.

Разбираясь в каждой клинической ситуации и принимая ответственные решения, связанные со здоровьем и жизнью человека, Михаил Израйлевич помогал молодым коллегам понять важную истину – врач может сразу не разобраться в диагнозе, но он не имеет права ошибаться во врачебной тактике. Очень важно, чтобы больному после беседы с врачом становилось легче и он уходил от врача довольным, ощущая прилив оптимизма. Рекомендации, данные Михаилом Израйлевичем, всегда носили конкретный характер, были хорошо обоснованы, учитывали все объективные данные, а также особенности личности и образа жизни больного. Присутствующим на консультации врачам было ясно, что и как делать дальше, чтобы имеющиеся проблемы были устранены.

Личным примером Михаил Израйлевич учил не только клинически мыслить, но и жить в профессии. Становилось понятным, что ценность специалиста-медика не только в профессиональных знаниях и клиническом опыте. Она в кругозоре и тесном профессиональном общении с коллегами. Посмотрев пациента, хороший врач должен решить, кого из коллег следует привлечь к обследованию и лечению больного и по телефону, напрямую, договориться о консультации с доктором.

С приходом на кафедру Михаил Израйлевич стал оперировать в хирургическом отделе института, который имел к тому времени богатую историю и традиции.

Без малейших элементов насилия, исключительно личным примером Михаил Израйлевич сумел изменить в лучшую сторону методику и технику оперативных вмешательств, проводимых в отделе. Налаженная им хорошая организация обследования больных в консультационном отделении института позволила во многих случаях ограничить срок их госпитализации перед операцией двумя-тремя днями, нередко больных госпитализировали накануне операции. Существенно повысилась хирургическая активность и улучшились результаты оперативных вмешательств.

В сентябре 1997 г. в Доме учёных Академии наук по инициативе Михаила Израйлевича была проведена конференция по хирургическим методам лечения туберкулёза лёгких. Среди докладчиков, кроме россиян, были хирурги из 19 стран мира. Участники конференции хорошо помнят этот интересный научный форум, который свидетельствовал о лидирующих позициях отечественной фтизиохирургии в мире.

Звание академика

В 1986 г. Михаил Израйлевич был избран академиком РАМН по специальности «Хирургия». Наиболее значимыми были признаны его научные работы по хирургическому лечению туберкулёза лёгких и плевры, механическому шву лёгочных сосудов, применению ультразвука для профилактики и лечения эмпием плевры, разработке игольно-струйного инъектора, аутотрансфузии крови, методике удаления медиастинально-интравертебральных опухолей, хирургическому лечению хилореи, операциям на трахее и бронхах в условиях гипербарической оксигенации.

Отмечено, что предложенные М. И. Перельманом новые оперативные доступы в хирургии органов дыхания: контралатеральный, трансстернальный, правосторонний задний, трансперикардиальный доступ к левой лёгочной артерии, а также парастернальные доступы к культе левого главного бронха после пневмонэктомии, получили международное признание. Высокую международную оценку заслужили методы склерозирующей терапии при экспираторном стенозе трахеи и бронхов, способ прецизионного удаления патологических образований из лёгких. Некоторые из этих операций в зарубежной литературе публикуются под именем Перельмана.

Так, разработанный Михаилом Израйлевичем новый метод высокоточного прецизионного удаления патологических образований из лёгких после публикации в американском журнале и популярном руководстве стал широко известен («Perelman operation») и получил быстрое распространение и дальнейшее развитие за рубежом.

Директор НИИ фтизиопульмонологии Первого МГМУ им. И. М. Сеченова

С 1998 г., после перехода НИИ ФП в ММА им. Сеченова (ныне Первый МГМУ), Михаил Израйлевич стал его директором, вскоре после оформления на должность директора института – главным внештатным фтизиатром Минздрава.

Сегодня можно без преувеличения сказать, что эти назначения стали эпохальными событиями, которые имели решающее значение не только для сохранения и активной работы старейшего НИИ нашей страны, но и для сохранения фтизиатрической специальности и фундаментальных основ советско-российской фтизиатрии.

Это в своих выступлениях не раз подчёркивали коллеги Михаила Израйлевича – ветераны фтизиатрической службы.

Крупным событием для отечественной фтизиатрии стало заседание коллегии и бюро учёного совета Минздрава РФ 20 февраля 2000 г. Тема доклада «Концепция Национальной программы борьбы с туберкулёзом в Российской Федерации». В течение 30 мин Михаил Израйлевич представил концепцию на хорошо подготовленных и оформленных слайдах. Концепция была принята единогласно и стала основой важнейших нормативных документов по оказанию помощи больным туберкулёзом в нашей стране.

На фоне сохраняющейся угрозы дестабилизации противотуберкулёзной работы из-за дезорганизующих инициатив представителей различных международных компаний весьма полезным, по мнению Михаила Израйлевича, стало создание Рабочей группы высокого уровня из представителей Минздрава, Минюста и Всемирной организации здравоохранения. Появилась возможность контролировать и вносить необходимую коррекцию в программы и содержательную часть всех мероприятий, проводимых с участием международных организаций.

Михаил Израйлевич участвовал в работе Рабочей группы высокого уровня как директор НИИ ФП и главный специалист-эксперт по фтизиатрии МЗ и СЗ РФ. Он также принимал участие в заседаниях Европейского координационного совета, группы технических советников, руководил тематическими рабочими группами по образованию и хирургическому лечению туберкулёза лёгких.

В результате его активной позиции возможная польза от взаимодействия с международными организациями была максимальна, а вред – минимален.

Годы спустя в интервью «Российской газете» Михаил Израйлевич рассказал, как в течение десяти лет российские фтизиатры вели борьбу с Всемирной организацией здравоохранения за сохранение отечественных принципов противотуберкулёзной работы. Это были принципы профилактики, активного и своевременного выявления больных, их комплексного лечения с использованием хирургических методов и климатических факторов. Привёл один весьма показательный эпизод.

«В Женеве при обсуждении вопроса об использовании сложных методов диагностики и лечения туберкулёза выступавшие пытались убедить, что нашей стране это не нужно, поскольку Россия – страна экономически слабая. Пришлось напомнить собравшимися о том, что именно наша страна первой вышла в космос, что фамилия Гагарина известна всему миру, что у России есть атомная и водородная бомбы, что Россия – страна высоких технологий. Это сразу же возымело действие!

Теперь, спустя десять лет, Всемирная организация здравоохранения в своих документах то и дело использует наши принципы противотуберкулёзной работы, но на нас не ссылается. Мы получаем документы, которые мы сами когда-то разработали и которые выдаются за новые». На закономерный вопрос журналиста «обидно?» Михаил Израйлевич ответил просто и абсолютно справедливо: «А вы как думаете? Конечно! Но судиться не будем!».

М. И. Перельман с руководящими сотрудниками Европейского бюро ВОЗ, 2003 г.

Для укрепления фтизиатрической службы большое значение имели съезды фтизиатров России.

В октябре 1999 г. в Йошкар-Оле под председательством Михаила Израйлевича был проведён съезд, объединивший существовавшие в СССР Научно-медицинскую ассоциацию фтизиатров и Всесоюзное общество фтизиатров, с образованием Российского общества фтизиатров (РОФ) – правопреемника Всесоюзного общества.

Затем в 2003 и 2007 г. были проведены съезды РОФ. Широкое представительство отечественных фтизиатров из разных регионов России, активное обсуждение дискуссионных вопросов в величественных помещениях Колонного зала Дома союзов и храма Христа Спасителя позволили поднять престиж врачей-фтизиатров и фтизиатрии как науки.

От съезда к съезду…

В работе съездов приняли участие представители Федерального собрания, Правительства РФ и общественности страны. После обсуждения основных сторон противотуберкулёзной работы в России были приняты важнейшие идеологические документы – декларации съезда.

Можно с уверенностью отметить, что именно тогда под мудрым руководством Михаила Израйлевича создавались основы для тех благоприятных сдвигов в борьбе с туберкулёзом, которые происходят теперь.

30 ноября 2008 г. НИИ ФП исполнилось 90 лет. Этот день был отмечен представительным собранием в Доме учёных Академии наук России. Открыла собрание премьера фильма об институте «Бороться и искать», затем последовали теплые поздравления. Присутствующие единодушно отмечали большой личный вклад его директора в укрепление авторитета этого старейшего научно-исследовательского учреждения. Вечером был банкет в Художественной галерее Ильи Глазунова, с экспозицией которой все имели возможность ознакомиться.

«Время – это самое явление упрямое…»

В 2010 г. абсолютно по своей инициативе, без каких-либо намеков со стороны Михаил Израйлевич решил многое изменить в своей работе. Как он говорил, принял сложное, жёсткое, но необходимое решение расстаться со скальпелем. Сам себе сказал: «Стоп. Больше не нужно».

Затем оставил административную должность директора НИИ ФП и внештатную работу главного специалиста-эксперта при Минздраве России. Михаил Израйлевич продолжал заведовать кафедрой, был директором клиники ФП – сосредоточился на педагогической, лечебной и научной работе.

Свой журнал

В сентябре 1999 г. Михаил Израйлевич стал главным редактором журнала «Проблемы туберкулёза».

Это журнал для российских фтизиатров всегда имел большое значение. Под разными названиями он издаётся с мая 1923 г., его выход в свет не прекращался даже в годы Великой Отечественной войны. Журнал входит в официальный перечень журналов, рекомендуемых ВАК, пользуется международным авторитетом, его содержание цитируют Index Medicus, Experta Medica и другие реферативные журналы.

Название журнала стало звучать иначе – «Туберкулёз и болезни лёгких». Значительно увеличился тираж, журнал стал выходить в свет ежемесячно. Улучшились его внешний вид, оформление и качество печати.

Состав редакционной коллегии и редакционного комитета был укреплён, регулярно проводились заседания, на которых решались все текущие вопросы и формировались основные стратегические направления работы журнала.

Михаил Израйлевич как главный редактор проявлял необходимую строгость и принципиальность, но делал это тактично, в абсолютно уважительной форме. Добиваясь необходимого высокого качества журнала, нередко вспоминал известное высказывание В. Г. Белинского: «Свежим воздухом дыши без особенных претензий, не умеешь – не пиши, и особенно рецензий!».

Специфику редакторской работы Михаил Израйлевич хорошо знал. Часто подчеркивал «Каждому автору нужен редактор!». На встречный вопрос «и даже вам?» весело отвечал: «А как же?!».

Михаил Израйлевич ввёл в журнал новую рубрику – колонку главного редактора. В ней излагалась новая, интересная, полезная каждому читателю информация. Колонка главного редактора стала надёжным идеологическим вектором, помогала каждому фтизиатру правильно ориентироваться в бурных событиях модернизации здравоохранения и медицины.

Поездки по стране

Активная профессиональная и общественная работа Михаила Израйлевича часто сопровождалась поездками в другие города нашей страны. Причины поездок были самые разные – научные конференции, съезды, заседания проблемной комиссии, консультации больных, проведение операций, лекции, защита диссертаций, официальные торжественные мероприятия…

Эти поездки Михаил Израйлевич любил. Оторваться на несколько дней от Москвы, увидеть своими глазами новое и важное для профессии, самому поделиться знаниями и новой информацией, быть полезным коллегам и пациентам, нуждающимся в помощи, повидать старых друзей, познакомиться с новыми людьми… Все это представлялось ему важным и нужным.

Его визитов всегда ждали, к ним готовились. Знали, если в планируемом будет участвовать Перельман, всё пройдет наилучшим образом. Уровень мероприятия будет высоким, всем будет интересно, и польза будет максимальной!

Международные профессиональные контакты

Контакты с иностранными специалистами и поездки в другие страны для участия в различных научных форумах, консилиумах начались у Михаила Израйлевича во второй половине 60-х годов.

Уже первое общение с иностранными коллегами в Институте Петровского выявило его большую пользу. Иностранные хирурги высоко оценили уровень российской грудной хирургии в Москве, с энтузиазмом воспринимали многое из того, что для отечественных хирургов было привычным. Особое уважение у французских хирургов вызвала, по их выражению, «русская торакотомия».

В связи с этим Михаил Израйлевич вспоминал, что ещё в Захарьинской больнице, а затем в Институте Петровского он и его коллеги стали впервые широко применять экономный межрёберный доступ для операций на лёгких. Теперь он стал почти универсальным во многих странах мира.

Что касается зарубежных поездок – их было много. В шутку Михаил Израйлевич объяснял это тем, что выезжать из страны начал поздно, когда ему было уже 40 лет, а в последующие годы догонял упущенное…

Вначале его поездки были связаны в основном с хирургической деятельностью, позднее добавились поездки в связи с противотуберкулёзной работой. Михаил Израйлевич вспоминал, что ему довелось выступать с докладами и лекциями в 45 странах, в некоторых из них по нескольку раз. Оперировал он в Болгарии, ГДР, Франции, Монголии, Японии, КНДР.

Своими впечатлениями, новой научной информацией, полученными во время зарубежных командировок, Михаил Израйлевич всегда с удовольствием делился с коллегами и студентами-кружковцами. Хорошо иллюстрировал свои сообщения, подробно отвечал на обычно многочисленные вопросы.

Многие поездки Михаила Израйлевича были связаны с его членством в Международном обществе хирургов (МОХ). Это высокоавторитетное научное общество, основанное в 1902 г., регулярно проводит свои международные хирургические недели. Оно известно своим очень требовательным отношением к хирургам – кандидатам в члены этого общества.

В 1997 г. на 37-м Конгрессе общества в Акапулько Михаила Израйлевича избрали почётным членом МОХ от РФ.

М.  И. Перельману вручают диплом почётного члена МОХ, 1997 г.

Ранее из СССР и России почётными членами избирались 6 хирургов – Н. Н. Петров (1957), П. Г. Корнев (1965), Б. А. Петров (1969), Б. В. Петровский (1973), М. И. Кузин (1993).

Российское медицинское общество

Международные контакты Михаила Израйлевича также были связаны с его деятельностью в Российском медицинском обществе. Он не раз встречался с представителями различных медицинских ассоциаций во многих странах – Латвии, Германии, Франции, Израиля, Южной Кореи, США. Эффективному общению с медиками из других стран способствовал большой опыт работы в медицинских обществах – 17 лет при Петровском Михаил Израйлевич был генеральным секретарем Всесоюзного общества хирургов, 12 лет – президентом РОФ, с 1981 г. имел контакты с Всемирной медицинской ассоциацией…

Особенно сильным было впечатление от поездки в 2008 г. в Чикаго на заседание Американской медицинской ассоциации. Заявление вновь избранного президента ассоциации о том, что здоровье населения и проблемы пациентов хорошо знают только врачи и поэтому именно врачи должны представлять интересы пациентов в обществе, представлялось Михаилу Израйлевичу разумным и достойным самого внимательного изучения. Действительно, в любой стране врач-одиночка не может решить глобальных проблем. Но если врачи объединяются, они всегда представляют большую силу.

В своих выступлениях, интервью и беседах с коллегами он не раз подчёркивал во всех развитых странах не административное, а корпоративное управление профессиональной деятельностью врачей. Врач отвечает за свою работу перед своей национальной медицинской организацией. Она же, в свою очередь, отвечает перед законодательными, исполнительными и судебными органами государства. Имеются серьёзные основания полагать, что корпоративное управление в сочетании с системой надзора и лицензирования врачей является лучшим способом защиты интересов пациента, соблюдения этических норм и обеспечения высокого качества профилактики и лечения.

Михаил Израйлевич не сомневался, что и у нас со временем будет создано корпоративное управление деятельностью врачей и в меру сил этому способствовал.

Язык и профессия

Контакты с иностранными специалистами сразу же выявили острую необходимость знания иностранных языков.

Михаил Израйлевич не раз сожалел, что в детстве не смог получить необходимую для таких контактов подготовку. Школьного знания немецкого хватало для общения на бытовые темы, но вести научную дискуссию, отвечать на вопросы было невозможно.

А затем стал господствовать английский язык, который Михаил Израйлевич освоил самостоятельно, когда ему было далеко за 40. Конечно с усилием, но делал научные доклады, участвовал в их обсуждении. По-доброму завидовал коллегам, которые владели английским языком свободно. Всегда, особенно при общении с молодежью, подчеркивал – знать английский современному человеку также необходимо, как владеть компьютерной техникой и вождением автомобиля.

Русским языком Михаил Израйлевич владел превосходно. Он обладал, как говорят филологи, какой-то особой, природной грамотностью – в написанном им тексте никогда не было ошибок. При этом, он, безусловно, владел талантом художественного слова. Отличался умением точно, ёмко, красиво и в простой форме сформулировать самую сложную мысль. Всё написанное им читается легко и с удовольствием. Докладчик был блестящий. На вопрос, как ему это все удается, с улыбкой отвечал: «Когда что-либо пишешь, нужно стремиться к точке!» или « Умных мыслей больше, чем на три минуты у большинства людей не бывает!».

Всегда доброжелательный, Михаил Израйлевич весьма отрицательно реагировал на принесённые ему для подписи или рецензии заявления, статьи, содержащие ошибки. Любой предложенный ему текст внимательно просматривал, сразу ничего не подписывал. Если что-то было не так, возвращал, чтобы автор всё исправил. Некоторым его сотрудникам приходилось переписывать свои бумаги по многу раз. Было неприятно, но никто всерьёз не обижался – замечания ведь были справедливые!

Михаил Израйлевич был решительно против порчи русского языка, неуважения к нему! С горечью отмечал, что под влиянием средств массовой информации окружающие постепенно привыкают к «брейкам» вместо перерывов, «трафику» вместо движения, «контенту» вместо содержания… Особенно нелепым считал, что документы теперь нужно «отокейивать», а не согласовывать….

Международное общество русскоговорящих врачей

Любовь и уважение Михаила Израйлевича к родному языку и его стремления обеспечить российским медикам лучшие условия для общения с иностранными специалистами ярко проявились в его инициативе по созданию Международного общества русскоговорящих врачей. Обосновывая целесообразность его создания, Михаил Израйлевия приводил следующие факты.

Русский язык по распространённости занимает пятое место в мире, им владеют около 300 млн человек. После английского, французского и немецкого он является четвёртым среди самых переводимых языков мира. Из языков, на которые переводят большинство книг, русский на седьмом месте. Русский язык является одним из шести официальных и рабочих языков Организации Объединенных Наций, Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе. Неофициально русский является языком международного общения при пилотируемых космических полетах.

Во многих странах мира значительное число граждан, для которых русский язык является родным, объединено в различные кружки, группы, общества и ассоциации. Опыт показал заинтересованность граждан в таких общественных объединениях по языковому принципу. В ряде стран на русском языке выходят периодические издания, работают радиостанции и телевизионные каналы.

В медицинской среде наиболее крупной и активно работающей является Русская американская медицинская ассоциация. В неё входят более 700 врачей и медицинских работников из 40 штатов.

В течение полутора лет руководимая Михаилом Израйлевичем небольшая инициативная группа медиков, к которую входили доктора Михайлов из Москвы, Хаас из Германии и Массард из Франции, с энтузиазмом трудилась над созданием Международного общества врачей, говорящих на русском языке. Внимание международного сообщества было обращено на заинтересованность в более тесных контактах профессионального врачебного сообщества из разных стран. Такие контакты особенно полезны и плодотворны в условиях свободного владения языком для участия в конгрессах, дискуссиях, консилиумах, обмене информацией, преподавательской работы, совместного написания статей и книг.

После проведения довольно сложной бюрократической работы удалось создать Устав такого Международного общества врачей и зарегистрировать его в центре Европы – в Париже. Это произошло 18 декабря 2012 года…

Свидетельство о регистрации общества

Патриарх торакальной хирургии…

Именно так в последнее время все чаще представляли Михаила Израйлевича на различных научных и общественных форумах. Всеми присутствующими это воспринималось как известная истина – авторитет Михаила Израйлевича как хирурга, врача, учёного и педагога уже давно превзошёл все применяемые положительные оценки.

Михаил Израйлевич имел огромный опыт во многих областях хирургии, выполнил более 3 500 операций, хорошо знал и понимал всю сложность хирургической специальности и трудности профессии хирурга. Всегда был готов прийти на помощь коллегам, вовремя дать мудрый совет.

Хорошо знавшие Михаила Израйлевича известные хирурги говорят, что «сегодня едва ли найдется хирург, который бы не воспользовался советом Перельмана…».

«Все подвиги его давно известны, к бессмертной славе он приговорен…» – эти строки стихотворения К. Симонова, пожалуй, очень точно отражают то, как воспринимали Михаила Израйлевича современники…

Но Михаил Израйлевич и в статусе патриарха не останавливался в своём развитии. Давно для себя решил – работать, не снижая темпа… до гробовой доски. Так жил…

Говорят, что с годами неизбежен конфликт поколений. Новые, свежие идеи юных становится воспринимать трудно… многим, только не Михаилу Израйлевичу! Он абсолютно нормально воспринимал любые новые мысли, идеи, технические новации даже, если они противоречили тому, что было привычным. Настаивал на одном – в любом случае необходимо высочайшее уважение к традициям и к своим учителям! В его научных докладах всегда звучала новая, нередко сенсационная, идея, ради которой собирались полные аудитории. В медицинских кругах даже существовало выражение «идти на Перельмана».

М. И. Перельман выступает с докладом, 2011 г.

Нередко полагают, что годы работы с больными, долгое пребывание в атмосфере боли и страданий формируют у врача своеобразную защитную реакцию, что-то вроде эмоциональной тупости…

С этим утверждением Михаил Израйлевич был абсолютно не согласен. «Раньше я спокойнее относился к волнениям и страданиям больных, – говорил он, – а теперь замечаю – сопереживаю острее. С годами настоящий врач, и особенно хирург, как бы сенсибилизируется. Не привыкает, а наоборот, становится более чувствительным и отзывчивым». До конца своих дней, консультируя больного, Михаил Израйлевич старался помочь ему так, словно тот был для него хорошим знакомым, почти близким человеком.

Гражданин доктор

В последнее время постоянных реформ в российской системе охраны здоровья имя Перельмана часто звучало в СМИ. Он хорошо разбирался в проблемах современной медицины и здравоохранения.

Особенно запомнился его призыв к осторожности в отношении внедрения платных медицинских услуг и стандартизации лечения.

«Современная медицина очень и очень дорогая, и, тем не менее, если заболел, – убеждён! – никаких финансовых расчётов ни с организациями, ни с врачами у пациента быть не должно. Человек болен, ему плохо и нередко страшно, а он должен думать, где взять деньги. Это в принципе аморально. Государство обязано не оставлять его наедине с бедой, решая все финансовые вопросы за его спиной. Платными могут быть только дополнительные – немедицинские услуги», – такова была позиция Михаила Израйлевича.

По его мнению, в советский период система медицинской помощи была «бедной, но в организационном плане работающей и эффективной. Её плохо финансировали, но даже и при этом Всемирная организация здравоохранения в 1971 г. признала первичную медицинскую помощь в СССР лучшей в мире.»

В одном из своих последних интервью Михаил Израйлевич вспоминал, как после официальных мероприятий одна из ответственных сотрудниц Всемирной организации здравоохранения спросила:

– У вас была, безусловно, лучшая в мире система здравоохранения. Зачем вы её разрушили?». С горечью констатировал: «Ответа нет».

Михаил Израйлевич отмечал, что «любая квота – это ограничение. Но как можно ограничивать медицинскую помощь, если она настоятельно нужна человеку? Это же право на жизнь, на здоровье, закреплённое Конституцией РФ. Это противоречит всем принципам морали и этики».

Выражение «рынок медицинских услуг» Михаил Израйлевич считал порочным по своей сути. «Если медицина – это услуга, то врач – слуга, а больной – объект рынка. И тут медицина с высокой гуманитарной составляющей и присущими ей этическими принципами деградирует на глазах». Утверждение А. Ф. Билибина: «Врачевание – сфера служения, а не обслуживания» Михаил Израйлевич считал справедливым и актуальным.

Стандартизация в медицине и здравоохранении

Обсуждая вопросы стандартизации в медицине и здравоохранении, Михаил Израйлевич подчёркивал, что главной целью стандартизации называют повышение качества медицинской помощи. Надеются получить лучший результат на базе современного уровня науки и технологий при минимальных финансовых затратах. Между тем для результата лечения важнейшее значение имеет квалификация врача, уход за больным (его «выхаживание») и весь пласт деонтологической работы. А эти факторы стандартизировать невозможно.

Поэтому основные направления стандартизации в медицине должны быть ограничены метрологией, терминологией, условными обозначениями, типовой документацией, техническим оснащением, фармакологическими средствами, оборудованием, принципами безопасности труда. Все протоколы ведения больных, которые разрабатываются и совершенствуются медицинским сообществом, могут иметь рекомендательный характер и должны быть лишь ориентировочной основой действий врача. Главное: лечить не болезнь, а больного.

«Ещё и ещё раз повторюсь, – говорил Михаил Израйлевич, – лечить необходимо не заболевания и синдромы, а больных людей! И поскольку все эти люди разные, одинаково лечить их нельзя: нужен индивидуальный, персональный подход!».

«Трудно спорить с академиками!» – так нередко высказывались коллеги, пытавшиеся дискутировать с Михаилом Израйлевичем по данному вопросу.

«И главное не нужно этого делать!» – обычно с сочувствующей улыбкой добавлял Михаил Израйлевич, услышав такое признание из уст оппонента.

Думая о будущем

Для сегодняшнего и будущего здравоохранения остро стоит проблема обновления медицинских кадров. Эта проблема Михаилу Израйлевичу казалась особенно важной. Лозунг «Кадры решают всё» был знаком ему с детства и в его справедливости Перельман не сомневался.

Он полагал, что «врач по призванию» – не пустые слова. И с этих позиций, возможно, медиком, как поэтом или музыкантом, надо родиться.

В то же время он замечал, что современная медицина и здравоохранение столь обширны и многогранны, что очень многие люди с самыми разными дарованиями и склонностями могут быть востребованы на многих факультетах медицинских университетов. Однако есть факультеты, прежде всего лечебный и педиатрический, приём на которые должен быть особенно строгим и осмотрительным. С кандидатами на эти факультеты нужно обязательно побеседовать. «Ведь все понимают, что в балетную школу или в театральное училище только по результатам ЕГЭ принимать нельзя! Тут нужен талант, особые качества… Такая же ситуация с клинической медициной!»

Михаил Израйлевич был полностью согласен со знаменитым клиницистом А. Ф. Билибиным: «Медицина… всегда будет одновременно и наукой, и искусством, какие бы ни создавали кибернетические машины, и как бы широко не проникал во врачебное дело дух математического мышления».

Несмотря на свою занятость, Михаил Израйлевич нередко принимал участие в работе приёмных комиссий. Чаще это были собеседования со студентами, поступающими на факультет научных и педагогических кадров. Разговаривал со студентами всегда дружелюбно, заключение делал в корректной форме, абсолютно объективное.

Михаил Израйлевич обращал внимание на то, что «ныне практически исчезло клиническое обучение студентов у постели больного. Студенты оторваны от больных, потому что оторваны от больных преподаватели, исчезли из врачевания и необходимые профессорские обходы. Это катастрофа для подготовки врача. Никакие муляжи и так называемые «симуляционные» центры ситуацию не исправят».

Опыт в области подготовки врачей и учёных-медиков у академика РАМН М. И. Перельмана весьма значительный. Он научный руководитель 67 кандидатских и консультант 32 докторских диссертаций. Его мнение по вопросу подготовки врачебных кадров имеет особую ценность и заслуживает самого внимательного изучения.

Михаил Израйлевич всегда активно участвовал в работе профессиональных организаций и никогда не считал общественную работу нагрузкой.

Ранее он являлся членом Президиума Учёного медицинского совета Минздрава СССР, членом президиума Совета научных медицинских обществ при Минздраве СССР, председателем Объединенной федерации научных медицинских обществ, заместителем председателя проблемной комиссии по заболеваниям органов дыхания АМН СССР, генеральным секретарем Всесоюзного общества хирургов (1969-1991), генеральным секретарем Ассоциации хирургов им. Пирогова (1992-1998), членом правления Российского общества хирургов, членом правления, заместителем председателя Общества хирургов Москвы и Московской области, членом Международного общества хирургов (с 1971 г.), с 1973 по 1999 г. – национальным делегатом от СССР, вице-президентом конгресса МОХ в Париже (1983 г.).

В последние годы академик М. И. Перельман был президентом Российского общества фтизиатров, председателем учёного совета по защите кандидатских и докторских диссертаций по специальностям «Пульмонология», «Фтизиатрия», «Лучевая диагностика» при Первом МГМУ им. И. М. Сеченова, председателем проблемной комиссии «Торакальная хирургия» Научного совета по хирургии РАМН, членом бюро клинического отделения РАМН, членом Международного колледжа хирургов, членом Европейского респираторного общества, членом Европейской ассоциации кардиоторакальных хирургов, членом Международного общества кардиоторакальных хирургов (Япония).

Михаил Израйлевич вёл большую редакционную работу. Был заместителем главного редактора «Медицинского реферативного журнала», членом редколлегии многотомного издания «International Trends in General Thoracic Surgery», членом редколлегии издания «World J. of Surgery».

В последние годы был главным редактором журнала «Туберкулёз и болезни лёгких», а также членом редколлегии журнала «Пульмонология», членом редколлегии журнала «Анналы хирургии», членом редколлегии журнала «Erciyes Medical Journal» (Турция), членом редакционного совета журнала «Новости хирургии» (Беларусь).

Общее число монографий и книг Михаила Израйлевича – 26. Среди них – учебники и руководства по хирургии и фтизиатрии, атласы, художественно-публицистические издания.

В отечественных и иностранных руководствах и книгах опубликованы 32 главы, в энциклопедиях – 35 статей. В центральных отечественных и иностранных журналах опубликованы 235 статей. Ещё 335 публикаций приходятся на статьи в книгах, сборниках работ, тезисы докладов, демонстрации больных.

Академик М. И. Перельман имел многие почетные звания:

  • заслуженный деятель науки РСФСР (1974),
  • заслуженный профессор ММА им. И. М. Сеченова (1996),
  • почётный профессор РНЦХ РАМН (1998),
  • почётный профессор Карагандинской медицинской академии (2002),
  • почётный профессор Казахского национального медицинского университета (2003),
  • почётный профессор Ярославской медицинской академии (2005),
  • почётный член Ставропольского общества хирургов (1969),
  • почётный член Общества торакальных хирургов Италии (1972),
  • почётный член Саратовского общества хирургов им. С. И. Спасокукоцкого (1977),
  • почётный член Волгоградского областного общества хирургов (1978),
  • почётный член Общества хирургов Казахстана (1979),
  • почётный член Грузинского общества хирургов (1979),
  • почётный член Болгарского общества хирургов (1979),
  • почётный член Пироговского общества хирургов (Санкт-Петербург) (1981),
  • почётный член Богемо-Словацкой медицинской ассоциации (1981),
  • почётный член Общества торакальных хирургов ГДР (1984),
  • почётный член Общества хирургов Венгрии (1988),
  • почётный член Хирургического общества Москвы и Московской области (1989),
  • почётный член Общества кардиоторакальных хирургов Чили (Сантьяго, 1992),
  • почётный член Международного общества хирургов (Акапулько, 1997),
  • заслуженный врач Республики Северная Осетия – Алания (2008),
  • почётный член Германского общества торакальных хирургов (Констанц, 2008),
  • почётный член Европейского общества торакальных хирургов (Валлодолит, 2010).

Большой труд Михаила Израйлевича получил высокую оценку:

  • Государственная премия СССР (1974) за разработку и внедрение в клиническую практику хирургических операций на трахее и бронхах,
  • Премия Министерства здравоохранения СССР (1976) – за работы по торакальной онкологии,
  • Премия им. А. Н. Бакулева АМН СССР (1977) – за «Атлас грудной хирургии», Т. 1-2 под ред. Б. В. Петровского, 1974,
  • Премия им. Н. И. Пирогова АМН СССР (1979) – за монографию «Трахеобронхиальная хирургия», 1978,
  • Премия Министерства высшего и среднего специального образования (1979) за разработку криогенной технологии в эндоскопической хирургии,
  • Премия Совета министров СССР (1986) за разработку и внедрение способов заготовки и переливания собственной крови пациентов,
  • Премия им. С. И. Спасокукоцкого АМН СССР (1991) за монографию «Разрывы бронхов», 1989,
  • Премия Совета министров СССР (1991) за разработку, внедрение в практику и серийное производство игольно-струйных инъекторов для внутрилёгочного введения лекарственных средств,
  • Премия им. А. И. Герцена Академии творчества (1994) за выдающийся вклад в развитие торакальной хирургии,
  • Государственная премия Российской Федерации (1997) за разработку и внедрение концепции лечения сочетанной травмы груди и её осложнений,
  • золотая медаль Петровского (1999) за вклад в хирургию,
  • Национальная премия лучшим врачам России «Призвание» (2003),
  • Премия лучшим врачам России «За верность профессии» – «Призвание» (2005),
  • Премия им. акад. А. Н. Бакулева (2003) за основополагающие работы в области торакальной хирургии, включая первые в стране операции на сердце,
  • Международная премия Андрея Первозванного «За Веру и Верность» (2007),
  • Премия им. акад. А. Г. Хоменко за Национальное руководство по фтизиатрии (2010).

Награды академика М. И. Перельмана:

Орден «Знак Почета», орден «За заслуги перед
Отечеством», 5 медалей, орден Николая Пирогова (2005), орден Святой Анны (Императорский двор) (2012).

«Пессимизм и медицина – понятия несовместимые…»

На вопрос, ощущает ли он груз лет, Михаил Израйлевич обычно отвечал со свойственным ему юмором: «Конечно, ощущаю, особенно при ответе на такие малоприятные вопросы!». Однако жил и работал, не снижая темпа, и создавалось впечатление, что всё еще только начинается и самое лучшее – впереди! Он был убежден, что «…пессимизм и медицина – понятия несовместимые. Врач обязан быть оптимистом сам и должен внушать оптимизм своим пациентам и коллегам».

О себе Михаил Израйлевич говорил так: «Конечно, я оптимист. Иначе давно бы распрощался с медициной. Всегда ощущаю желание работать и понимаю пользу, которую могу принести людям».

Михаил Израйлевич – редкий человек. Он имел всеобщее признание при жизни, был любим, ему было интересно жить и работать. Такой важный, незаменимый… для многих, такой нужный всем… и значит, счастливый человек!

«Время это самое явление упрямое… оно себе идёт, идёт, идёт…». Чем больше будет проходить времени, тем масштабнее будет представляться его фигура – хирурга, врача, учёного, педагога, общественного деятеля… Не только высокообразованного человека, но и очень осведомлённого и остроумного собеседника…

Имеются все основания полагать, что его яркая личность будет и дальше оказывать огромное влияние на профессиональную судьбу и жизнь многих людей, и поэтому будет бессмертной. А сам Михаил Израйлевич будет вечно покоиться на Новодевичьем кладбище, рядом с Большой Пироговкой, так тесно связанной с его большой жизнью…